Неточные совпадения
Он оставляет раут тесный,
Домой задумчив едет он;
Мечтой то грустной, то прелестной
Его встревожен поздний сон.
Проснулся он; ему приносят
Письмо: князь N покорно просит
Его
на вечер. «Боже! к ней!..
О, буду, буду!» и скорей
Марает он ответ учтивый.
Что с ним? в каком он странном сне!
Что шевельнулось в
глубинеДуши холодной и ленивой?
Досада? суетность? иль вновь
Забота юности — любовь?
Потом сорóка бултыхнула вместе с тележкою в яму, которою начинался узкий переулок, весь стремившийся вниз и запруженный грязью; долго работала она там всеми силами и месила ногами, подстрекаемая и горбуном, и самим барином, и наконец втащила их в небольшой дворик, стоявший
на косогоре с двумя расцветшими яблонями пред стареньким домиком и садиком позади его, низеньким, маленьким, состоявшим только из рябины, бузины и скрывавшейся во
глубине ее деревянной будочки, крытой драньем, с узеньким матовым окошечком.
Но не таков удел, и другая судьба писателя, дерзнувшего вызвать наружу все, что ежеминутно пред очами и чего не зрят равнодушные очи, — всю страшную, потрясающую тину мелочей, опутавших нашу жизнь, всю
глубину холодных, раздробленных, повседневных характеров, которыми кишит наша земная, подчас горькая и скучная дорога, и крепкою силою неумолимого резца дерзнувшего выставить их выпукло и ярко
на всенародные очи!
А уж куды бывает метко все то, что вышло из
глубины Руси, где нет ни немецких, ни чухонских, ни всяких иных племен, а всё сам-самородок, живой и бойкий русский ум, что не лезет за словом в карман, не высиживает его, как наседка цыплят, а влепливает сразу, как пашпорт
на вечную носку, и нечего прибавлять уже потом, какой у тебя нос или губы, — одной чертой обрисован ты с ног до головы!
Где же тот, кто бы
на родном языке русской души нашей умел бы нам сказать это всемогущее слово: вперед? кто, зная все силы, и свойства, и всю
глубину нашей природы, одним чародейным мановеньем мог бы устремить
на высокую жизнь русского человека? Какими словами, какой любовью заплатил бы ему благодарный русский человек. Но веки проходят за веками; полмиллиона сидней, увальней и байбаков дремлют непробудно, и редко рождается
на Руси муж, умеющий произносить его, это всемогущее слово.
Ему грезилось в болезни, будто весь мир осужден в жертву какой-то страшной, неслыханной и невиданной моровой язве, идущей из
глубины Азии
на Европу.
Амалия Ивановна, тоже предчувствовавшая что-то недоброе, а вместе с тем оскорбленная до
глубины души высокомерием Катерины Ивановны, чтобы отвлечь неприятное настроение общества в другую сторону и кстати уж чтоб поднять себя в общем мнении, начала вдруг, ни с того ни с сего, рассказывать, что какой-то знакомый ее, «Карль из аптеки», ездил ночью
на извозчике и что «извозчик хотель его убиваль и что Карль его ошень, ошень просиль, чтоб он его не убиваль, и плакаль, и руки сложиль, и испугаль, и от страх ему сердце пронзиль».
Малейшего повода довольно было, чтоб вызвать это чувство из
глубины души Захара и заставить его смотреть с благоговением
на барина, иногда даже удариться, от умиления, в слезы. Боже сохрани, чтоб он поставил другого какого-нибудь барина не только выше, даже наравне с своим! Боже сохрани, если б это вздумал сделать и другой!
Но если она заглушала даже всякий лукавый и льстивый шепот сердца, то не могла совладеть с грезами воображения: часто перед глазами ее, против ее власти, становился и сиял образ этой другой любви; все обольстительнее, обольстительнее росла мечта роскошного счастья, не с Обломовым, не в ленивой дремоте, а
на широкой арене всесторонней жизни, со всей ее
глубиной, со всеми прелестями и скорбями — счастья с Штольцем…
Он не позволял себе думать об этом и не думал; но вместе с тем он в
глубине своей души никогда не высказывая этого самому себе и не имея
на то никаких не только доказательств, но и подозрений, знал несомненно, что он был обманутый муж, и был от этого глубоко несчастлив.
Получив письмо Свияжского с приглашением
на охоту, Левин тотчас же подумал об этом, но, несмотря
на это, решил, что такие виды
на него Свияжского есть только его ни
на чем не основанное предположение, и потому он всё-таки поедет. Кроме того, в
глубине души ему хотелось испытать себя, примериться опять к этой девушке. Домашняя же жизнь Свияжских была в высшей степени приятна, и сам Свияжский, самый лучший тип земского деятеля, какой только знал Левин, был для Левина всегда чрезвычайно интересен.
О своей картине, той, которая стояла теперь
на его мольберте, у него в
глубине души было одно суждение — то, что подобной картины никто никогда не писал.
Во
глубине души она находила, что было что-то именно в ту минуту, как он перешел за ней
на другой конец стола, но не смела признаться в этом даже самой себе, тем более не решалась сказать это ему и усилить этим его страдание.
Вы глядите: та глубокая, чистая лазурь возбуждает
на устах ваших улыбку, невинную, как она сама, как облака по небу, и как будто вместе с ними медлительной вереницей проходят по душе счастливые воспоминания, и все вам кажется, что взор ваш уходит дальше и дальше, и тянет вас самих за собой в ту спокойную, сияющую бездну, и невозможно оторваться от этой вышины, от этой
глубины…
— Учите сеять разумное, доброе и делаете войну, — кричал с лестницы молодой голос, и откуда-то из
глубины дома через головы людей
на лестнице изливалось тягучее скорбное пение, напоминая вой деревенских женщин над умершим.
Не всегда легко было отвечать
на ее вопросы. Клим чувствовал, что за ними скрыто желание поймать его
на противоречиях и еще что-то, тоже спрятанное в
глубине темных зрачков, в цепком изучающем взгляде.
И каждый вечер из флигеля в
глубине двора величественно являлась Мария Романовна, высокая, костистая, в черных очках, с обиженным лицом без губ и в кружевной черной шапочке
на полуседых волосах, из-под шапочки строго торчали большие, серые уши.
Даже и после этого утверждения Клим не сразу узнал Томилина в пыльном сумраке лавки, набитой книгами. Сидя
на низеньком, с подрезанными ножками стуле, философ протянул Самгину руку, другой рукой поднял с пола шляпу и сказал в
глубину лавки кому-то невидимому...
Беседа тянулась медленно, неохотно, люди как будто осторожничали, сдерживались, может быть, они устали от необходимости повторять друг пред другом одни и те же мысли. Большинство людей притворялось, что они заинтересованы речами знаменитого литератора, который, утверждая правильность и
глубину своей мысли, цитировал фразы из своих книг, причем выбирал цитаты всегда неудачно. Серенькая старушка вполголоса рассказывала высокой толстой женщине в пенсне с волосами, начесанными
на уши...
Самгин встал и пошел по дорожке в
глубину парка, думая, что вот ради таких людей идеалисты, романтики годы сидели в тюрьмах, шли в ссылку, в каторгу,
на смерть…
Он сел пить кофе против зеркала и в непонятной
глубине его видел свое очень истощенное, бледное лицо, а за плечом своим — большую, широколобую голову, в светлых клочьях волос, похожих
на хлопья кудели; голова низко наклонилась над столом, пухлая красная рука работала вилкой в тарелке, таская в рот куски жареного мяса. Очень противная рука.
Антракт Самгин просидел в
глубине ложи, а когда погасили огонь — тихонько вышел и поехал в гостиницу за вещами. Опьянение прошло,
на место его явилась скучная жалость к себе.
Много пил чаю, рассказывал уличные и трактирные сценки, очень смешил ими Варвару и утешал Самгина, поддерживая его убеждение, что, несмотря
на суету интеллигенции, жизнь, в
глубине своей, покорно повинуется старым, крепким навыкам и законам.
Загнали во двор старика, продавца красных воздушных пузырей, огромная гроздь их колебалась над его головой; потом вошел прилично одетый человек, с подвязанной черным платком щекою; очень сконфуженный, он, ни
на кого не глядя, скрылся в
глубине двора, за углом дома. Клим понял его, он тоже чувствовал себя сконфуженно и глупо. Он стоял в тени, за грудой ящиков со стеклами для ламп, и слушал ленивенькую беседу полицейских с карманником.
Глухой шум вечернего города достигал слуха из
глубины залива; иногда с ветром по чуткой воде влетала береговая фраза, сказанная как бы
на палубе; ясно прозвучав, она гасла в скрипе снастей;
на баке вспыхнула спичка, осветив пальцы, круглые глаза и усы.
И то сколько раз из
глубины души скажет спасибо заботливому начальству здешнего края всякий, кого судьба бросит
на эту пустынную дорогу, за то, что уже сделано и что делается понемногу, исподволь, — за безопасность, за возможность, хотя и с трудом, добраться сквозь эти, при малейшей небрежности непроходимые, места!
Офицеры
на шлюпках посылались вперед для измерения
глубины — и по их следам шел тихо и фрегат, беспрестанно останавливаясь, иногда в ожидании прилива.
Гавани
на Мадере нет, и рейд ее неудобен для судов, потому что нет
глубины, или она, пожалуй, есть, и слишком большая, оттого и не годится для якорной стоянки: недалеко от берега — 60 и 50 сажен; наконец, почти у самой пристани, так что с судов разговаривать можно, — все еще пятнадцать сажен.
Нашим мелким судам трудно входить сюда, а фрегату невозможно, разве с помощью сильного парохода. Фрегат сидит 23 фута; фарватер Янсекияна и впадающей в него реки Вусун,
на которой лежит Шанхай, имеет самую большую
глубину 24 фута, и притом он чрезвычайно узок. Недалеко оставалось до Woosung (Вусуна), местечка при впадении речки того же имени в Янсекиян.
Я обошел комнату раза два, поглядел
на свой неразвязанный, туго набитый мешок с бельем и платьем и вздохнул из
глубины души.
И теперь помню, как скорлупка-двойка вдруг пропадала из глаз, будто проваливалась в
глубину между двух водяных гор, и долго не видно было ее, и потом всползала опять боком
на гребень волны.
Нет науки о путешествиях: авторитеты, начиная от Аристотеля до Ломоносова включительно, молчат; путешествия не попали под ферулу риторики, и писатель свободен пробираться в недра гор, или опускаться в
глубину океанов, с ученою пытливостью, или, пожалуй,
на крыльях вдохновения скользить по ним быстро и ловить мимоходом
на бумагу их образы; описывать страны и народы исторически, статистически или только посмотреть, каковы трактиры, — словом, никому не отведено столько простора и никому от этого так не тесно писать, как путешественнику.
Наши съезжали всякий день для измерения
глубины залива, а не то так поохотиться; поднимались по рекам внутрь, верст
на двадцать, искали города.
Мы стали прекрасно. Вообразите огромную сцену, в
глубине которой, верстах в трех от вас, видны высокие холмы, почти горы, и у подошвы их куча домов с белыми известковыми стенами, черепичными или деревянными кровлями. Это и есть город, лежащий
на берегу полукруглой бухты. От бухты идет пролив, широкий, почти как Нева, с зелеными, холмистыми берегами, усеянными хижинами, батареями, деревнями, кедровником и нивами.
В
глубине зал сидели, в несколько рядов, тесной кучей,
на пятках человеческие фигуры в богатых платьях, с комическою важностью.
И вот в один вечер стали
на якорь
на хорошей
глубине.
И пока бегут не спеша за Егоркой
на пруд, а Ваньку отыскивают по задним дворам или Митьку извлекают из
глубины девичьей, барин мается, сидя
на постеле с одним сапогом в руках, и сокрушается об отсутствии другого.
Третьего дня вечером корейцы собрались толпой
на скале, около которой один из наших измерял
глубину, и стали кидать каменья в шлюпку.
Некоторые постоянно живут в Индии и приезжают видеться с родными в Лондон, как у нас из Тамбова в Москву. Следует ли от этого упрекать наших женщин, что они не бывают в Китае,
на мысе Доброй Надежды, в Австралии, или англичанок за то, что они не бывают
на Камчатке,
на Кавказе, в
глубине азиатских степей?
А
на душе и необъятно, и чудно, и толпы серебряных видений стройно возникают в ее
глубине.
Но еще страннее, еще неразгаданнее чувство пробудилось бы в
глубине души при взгляде
на старушек,
на ветхих лицах которых веяло равнодушием могилы, толкавшихся между новым, смеющимся, живым человеком.
Все как будто умерло; вверху только, в небесной
глубине, дрожит жаворонок, и серебряные песни летят по воздушным ступеням
на влюбленную землю, да изредка крик чайки или звонкий голос перепела отдается в степи.
Притаивши дух, не дрогнув и не спуская глаз с пруда, он, казалось, переселился в
глубину его и видит: наперед белый локоть выставился в окно, потом выглянула приветливая головка с блестящими очами, тихо светившими сквозь темно-русые волны волос, и оперлась
на локоть.
И действительно, Коля задал ему раз вопрос: «Кто основал Трою?» —
на что Дарданелов отвечал лишь вообще про народы, их движения и переселения, про
глубину времен, про баснословие, но
на то, кто именно основал Трою, то есть какие именно лица, ответить не мог, и даже вопрос нашел почему-то праздным и несостоятельным.
Богатым где: те всю жизнь такой
глубины не исследуют, а мой Илюшка в ту самую минуту
на площади-то-с, как руки-то его целовал, в ту самую минуту всю истину произошел-с.
Конечно, все это лишь древняя легенда, но вот и недавняя быль: один из наших современных иноков спасался
на Афоне, и вдруг старец его повелел ему оставить Афон, который он излюбил как святыню, как тихое пристанище, до
глубины души своей, и идти сначала в Иерусалим
на поклонение святым местам, а потом обратно в Россию,
на север, в Сибирь: «Там тебе место, а не здесь».
Но его мало слушали, и отец Паисий с беспокойством замечал это, несмотря
на то, что даже и сам (если уж все вспоминать правдиво), хотя и возмущался слишком нетерпеливыми ожиданиями и находил в них легкомыслие и суету, но потаенно, про себя, в
глубине души своей, ждал почти того же, чего и сии взволнованные, в чем сам себе не мог не сознаться.
Но глупый дьявол, который подхватил и нес Федора Павловича
на его собственных нервах куда-то все дальше и дальше в позорную
глубину, подсказал ему это бывшее обвинение, в котором Федор Павлович сам не понимал первого слова.
И лишь
на большой
глубине процесс этот достигается иначе.
Так представляется, если оставаться
на поверхности, но
на большой
глубине этот конфликт совершенно устраняется только в Царствии Божием.